August 28th, 2012

Пешком под стол

   Большинство врачей считает, что дети отчетливо помнят события примерно с пяти лет. Я себя помню, лет так примерно с трех. Отсюда и начало положим.   
   Жили мы тогда в двухкомнатной квартире можно сказать впятером."Можно сказать" это потому,что бабушка жила с нами не все время, а примерно полгода из всего года, а остальное время у моей тетки т.е.у ее дочери. Так и получалось, то тут месяц поживет, то там. В детстве я, видимо, очень любил побаловаться отцовскими инструментами, ну нужно вот было мне постучать-покрутить что-нибудь. И вот в один солнечный денек,как сейчас помню, я , как всегда возился в комнате с игрушками-железками, естесственно что-то откручивал, ломал, никто не обращал на мои игры особого внимания. Бабушка возилась на кухне, дедушка занимался своими делами. Гром грянул, когда дедушка, решил отдохнуть на своей железной кровати( тогда такие еще были в ходу), да как грянул- в полном смысле слова! При попытке взгромоздиться на эту самую кровать дедушка рухнул вместе с панцырной сеткой на пол. Что тут началось!!!......
Расследование показало, что на кровати кем-то было откручено два винта из четырех, крепящих сетку к спинкам. Так как кроме меня инструменты в этот день никто в руках не держал, подозрение пало на меня........ Хорошо дедушка был отходчивый Так вот, родители потом утверждали, что в тот момент мне было никак не более трех лет от роду. Стало быть, отсюда и началась моя сознательная жизнь.  
promo milutkin august 5, 2012 12:02 10
Buy for 10 tokens
nbsp; Предуведомление Уже около трех лет я занимаюсь восстановлением своей родословной. Материалов скопилось огромное количество.Эта книга, которая еще очень далека до своего завершения, попытка облачить в некоторую форму все собранные сведения о моих прямых предках. Здесь и полу-легендарные…

Незаконченная книга. Глава 15.

                                               К главе 15                                             

1-е поколение: Беркей (Аникей),
2-е поколение: Юрий Аникеевич,
3-е поколение: Иван Юрьевич Аничков,
4-е поколение: Григорий Иванович Красная Коса (Аничков),
5-е поколение: Иван Григорьевич Аничков,
6-е поколение: Иван Иванович (Блоха) Аничков,
7-е поколение: Федор Иванович Блохин (Потопай)
8-е поколение: Андрей Федорович Блохин
9-е поколение: Василий Андреев сын Блохин
10-е поколение: Матвей Васильевич Блохин
11-е поколение: Иван Матвеевич Блохин
12-е поколение: Матвей Иванович Блохин

                                                       1653

     По весне пришла в Арзамас призывная грамота, которая призывала всех арзамасцев выбрать своих представителей из «лучших людей» и отправить их в Москву на Земский собор.

    На общем сходе стали выбирать арзамасцы выборных для посылки в Москву. Выборных избирали всем миром.

Отправка на Земский собор


[открыть?]

    На лобное место вышел воевода арзамасский  Аверкей Опухтин:

«Люди добрые, нам  надобно избрать  и отправить в Москву к государю нашему, на земский собор «лучших людей» из Арзамаса.  На соборе том должны  решить, принимать ли под высокую руку Московского государя Малороссию или не принимать. Выбирать можно  представителей любых сословий, дворян ли, детей боярских, или посадских, или чернецов монастырских, только чтоб они были добрые, смышленые, которым государевы и земские дела не были чужды, с которыми можно было говорить и которые б умели рассказать обиды и насильства и разорения, и чем нашему Московскому государству полниться, и как устроить Московское государство. Говорите, кто желает».

    Толпа зашумела, загудела, как осиный улей. Один, за другим стали сыпаться предложения о кандидатурах выборных. Предлагали и игумена монастыря, и земского старосту, и самого воеводу.

   Вдруг кто-то из толпы выкрикнул: «А давайте пошлем Матвея Блохина!»

Вокруг все одобрительно зашумели.

- А что, дворянин он добрый… .

-…и жизнь нашу земскую знает…

- И дед его в ополчении был с Мининым и Пожарским...

-Да еще и грамоте обучен, сможет руку приложить, если надобно будет.

   На том и порешили. Вместе с Матвеем Ивановичем Блохиным на собор был избран посадский человек Иуда Микитин сын Скрябин. После того, как весь люд определился, кто поедет в Москву, был составлен «выбор за руками»- протокол в котором расписались избиратели.

    На следующий день воевода составил отписку, в которой он извещал государя о получении царского указа о выборах  о результатах их и перечислял поименно, кто выбран, и указывал, куда он приказал им явиться в Москве для своей заявки.

   В имение Матвея прискакал посыльный из городовых казаков, привез грамоту от воеводы, о том, что он избран народом выборным на Земский собор. Матвей и не думал отказываться. Не из-за  того, что это было почетно, просто не привык он подводить людей. Хоть его поместье было и небольшое, но был у него  верный человек из крестьян, который мог приглядеть за хозяйством.   

  Начались приготовления к отъезду. Выборные  должны были, как и при всякой другой службе, снарядиться в дорогу и иметь свои «запасы», чтобы прожить в соборное время в Москве; эти «запасы» служилый должен был сам себе приготовить. Каждый день приезжали жители из города, из окрестных сел и деревень, чтобы дать свои наказы Матвею, дворяне и крестьяне. Кто просил  походотайствовать в Москве об увеличении земельных наделов, кто жаловался на помещиков местных. Никому не отказывал Матвей.

    В дорогу тронулись в конце мая, захватив с собой отписку воеводы и «выбор за руками». Четвертого июня прибыли, как и предписывалось в отписке, в Посольский приказ в Москве. Оказалось, что Собор был временно прерван двадцать пятого мая, чтобы выборные могли посоветоваться между собой и со своими избирателями по этому, наиважнейшему для государства, вопросу. Выборщикам от Арзамаса предоставили все документы Собора, чтобы они могли ознакомиться и все хорошенько обдумать.

 Несколько месяцев Матвей Блохин с Иудой Скрябиным прожили в Москве, советуясь и слушая мнения выборщиков из других городов. Вопрос, обсуждаемый на Соборе, был действительно сложен. Принятие в состав Московского государства Запорожского войска, означало начало войны с Польшей. Хоть и давно просился Богдан хмельницкий со своими казаками под покровительство Москвы, да самим русичам  не больно этого хотелось. Уж больно непредсказуемо вели себя запорожцы. Многие вечера проводили арзамасские выборщики в спорах между собой.

-Вот, скажи мне Матюша, зачем сдались эти казаки Московскому государству? У нас своих казаков по разным городам хватает. И от них-то хлопот полон рот. А эти служат всем, кому ни попадя, кто больше им заплатит за того и воевать пойдут, то к турецкому султану метнуться, то польскому королю. Мало ли мы натерпелись от этих ляхов, еще их пособников прикрывать будем!

- Конечно, они не ангелы,  но земли, на которых они живут, завсегда русскими были. Сейчас вся Северская земля огнем горит от набегов степняков, да ляхов. А если примем запорожцев под свою руку, все засеки не нужны будут, потому, как границы наши на Днепре будут. И придется запорожцам, хошь, ни хошь и себя защищать и нас, разумеешь?

-Да кто, русскую землю защищать-то ринется, кроме русских? Вот увидишь, через полгода переметнуться к крымцам! У них же нет ни царя, ни веры!

-Вот насчет веры, ты хватил, Юдка! Ни одного казака не впустят в круг, пока он не примет веру православную. Так что, веры они с нами одной христианской. И такие же русские, как мы, а уж кто новгородец, арзамасец или запорожец, дело десятое.

    В спорах и размышлениях, проходили недели. И только первого октября Собор собрался на заключительное заседание.

    В этот день съехались все выборные в Грановитую палату в Кремле. Ответы на вопрос о принятии Малороссии в состав Московского государства подавались в виде сказок от групп выборных. Дьяки их скрупулезно перечитывали и считали. Все, происходящее на соборе, заносилось дьяками в соборный акт, который скрепили печатями царя, патриарха и высших чинов, а низшие чины скрепляли его крестным целованием. Кроме того, соборный акт подписали участвовавшие в Соборе, причем, вследствие большого числа безграмотных, подписывались другие или же одно лицо расписывалось за целую группу.

В решении собора  от имени царя было записано: «...Гетмана Богдана Хмельницкого и все Войско Запорожское з городами их и з землями принять под свою государскую высокую руку...».

Земский собор

    После собора царь  пригласил к своему столу дворян и детей боярских выборных всех городов и выборных посадских людей к своему столу. Таким парадным обедом закончилась деятельность земского собора.

    Правительство признало службу выборных достойной вознаграждения. Матвею Ивановичу Блохину было прибавлено государева жалованья, к его поместному окладу, сто четей, и денег 5 рублей. Иуда Скрябин, как посадский человек  получил целый ряд привилегий: право беспошлинного курения, освобождение от постоя и еще много всяких льгот.

   Через несколько дней в Москве было торжественно объявлено о предстоящей войне с Речью Посполитой за освобождение Украйны и Белой Руси.



 Иллюстрации неизвестного художника и С. Иванова